SpyLOG
Сегодня: 19 Февраль 2018, Пнд
Карта сайта
«Человек – мир маленький, мир – человек большой»

Армен Григорян, «Крематорий»: «Я получил заряд добра и надежды»

«Есть вещи, которые стоят над религиями, странами и нашими представлениями об этом мире. И то, что было сегодня – стоит над этим миром, двигает сознание человека», - так прокомментировал Армен Григорян, лидер группы «Крематорий», свое участие в проекте «Мудрый рок-н-ролл».
06.03.2008

Почему люди не летают так, как птицы?


культура, искусство, кино 

– Все ваше тело от кончика одного крыла до кончика другого, – снова и снова повторял Джонатан, – это не что иное, как ваша мысль, выраженная в форме, доступной вашему зрению. Разбейте цепи, сковывающие вашу мысль, и вы разобьете цепи, сковывающие ваше тело…

Ричард Бах, «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»

В 20 веке было написано достаточно книг, которые могли бы изменить жизнь человечества. И, наверное, они все-таки что-то изменили внутри нас, чтобы сделать нас такими, какими мы стали, – не верящими никому кроме себя и одновременно испытывающими ностальгию по чуду. Для российского читателя «Чайка» Ричарда Баха как раз одна из таких книг, зачитанная, обдуманная, многократно цитированная, очень личная в восприятии, и поэтому можно предположить, как сложно было воплотить ее на театральных подмостках. И ясно, что на такой эксперимент мог отважиться только режиссер, работающий с молодыми актерами, направляющий эту сочную яркую энергию юности в экзистенциальные переживания героя. Это могло произойти только здесь! Добро пожаловать, Московский молодежный экспериментальный театр-студия Вячеслава Спесивцева.

Ричард Бах, «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» Нам удивительно повезло – мы попали на спектакль «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» в тот день, когда сын режиссера Семен Спесивцев впервые вышел на сцену в роли чайки-Джонатана. Роль его ученика чайки-Флетчера сыграл 14 летний Дима Романов.

Кстати, музыку для спектакля написала легендарная группа «Ария», песню «Я свободен», которая звучит лейтмотивом, вы и сами наверняка слышали по радио. И может быть, даже задумывались «почему люди не летают?» А кто вам сказал, что не летают?

– На самом деле каждый из нас воплощает собой идею Великой Чайки, всеобъемлющую идею свободы, – говорил Джонатан по вечерам, стоя на берегу, – и безошибочность полета – это еще один шаг, приближающий нас к выражению нашей подлинной сущности. Для нас не должно существовать никаких преград. Вот почему мы стремимся овладеть высокими скоростями, и малыми скоростями, и фигурами высшего пилотажа…

Ричард Бах, «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»

– В чем, ты – Джонотан Ливингстон, а в чем Семен, и в чем ты – Флетчер и в чем ты – Дима?

Семён: – Семен я во всем, а насколько я Джонатан, наверно, судить, не мне. В каких-то поступках, ситуациях я стараюсь идти вместе с внутренним Джонатаном, хотя мир диктует свои правила. Я не подчиняюсь стае, но могу подчиниться руководству, если это связано с работой. Будни – это будни, а, все-таки, книжки – это книжки.

На самом деле, никогда не сыграешь роль, если под образ героя не подкладываешь своего жизненного опыта. Естественно, когда я играю Джонатана, там во многом я ищу точку соприкосновения с самим собой. Наверное, вот эта точка и есть искусство.

Дима: – Флетчер свободен во всем и готов пойти на все ради свободы. Мне же в жизни, как и всем, приходиться себя иногда сдерживать. Против стаи в чем-то серьезном идти все-таки опасно и страшно. Если человек выделяется, то его обычно начинают его презирать, игнорировать.

– Джонатан, … Такие птицы, как ты, – редчайшее исключение. Большинство из нас движется вперед так медленно. Мы переходим из одного мира в другой, почти такой же, и тут же забываем, откуда мы пришли; нам все равно, куда нас ведут, нам важно только то, что происходит сию минуту. Ты представляешь, сколько жизней мы должны прожить, прежде чем у нас появится смутная догадка, что жизнь не исчерпывается едой, борьбой и властью в Стае. Тысячи жизней, Джон, десять тысяч! А потом еще сто жизней, прежде чем мы начинаем понимать, что существует нечто, называемое совершенством, и еще сто, пока мы убеждаемся: смысл жизни в том, чтобы достигнуть совершенства и рассказать об этом другим. Тот же закон, разумеется, действует и здесь: мы выбираем следующий мир в согласии с тем, чему мы научились в этом. Если мы не научились ничему, следующий мир окажется точно таким же, как этот, и нам придется снова преодолевать те же преграды с теми же свинцовыми гирями на лапах.

Ричард Бах. «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»

– Когда Джонатан Ливингстон учит летать подрастающих чаек, он говорит им: «вы только осознайте, что вы это уже умеете». Вот ты осознал, что уже умеешь летать?

Семен: – Когда я учился в школе, мне казалось, что учиться – это самое главное в жизни, и на это все заканчивается. Сейчас, оглядываясь на те временя, я думаю: «Ну, это же даже не школа была, а детский сад, где все педагоги нас тянули, лишь бы мы тройку заработали». Потом я закончил Щепкинское театральное училище, моим художественным руководителем был Николай Николаевич Афонин, за что ему и его педагогам я очень благодарен, потрясающее образование, потрясающие люди. Именно эти люди и мои родители сформировали мое «я», ведь основы закладываются не самим человеком, а обществом, теми, с кем он общается.

Когда я учился там, мне казалось, что это самое главное, но потом я понял, что и там не было ничего ужасного, сложного. Просто надо было заниматься творчеством и не лениться. Потом я пошел в армию и думал: «Не дай бог, что-то не так сделать, это будет конец». Но я демобилизовался, и помню, как на следующий день уже шел по Москве и думал: «А было ли это?» Я говорю об этом потому, что мы преодолеваем периоды в своей жизни и обнаруживаем, что предыдущая ступень вовсе не была сложной.

Доказано научно, что человеческий мозг используется на 11%, если бы он использовался на все 100%, то всего вероятнее, человек мог бы летать. Ричард Бах был летчиком, и мечтал, что следующее поколение полетит. Человек без крыльев, так возьмет и полетит. Усилием воли. И я в этом уверен.

Дима: – Да, конечно, я это осознал. И в жизни, так и на сцене. Артист в жизни как зритель, а на сцене он живет, пытаясь что-то доказать зрителю. Я осознал, то, что я могу летать и пытаюсь научить этому другого. Действительно, человек идет семимильными шагами к познанию. Оглядываясь назад, видит, что все в прошлом было не так уж и трудно.

– «Чайка» Ричарда Баха стоит в одном ряду с другой его работой «Иллюзиями, или приключениями вынужденного мессии». Тема обучения нового поколения, передачи знания очень важна и для автора, и в спектакле она, пожалуй, уступает только апофеозу личной свободы героев. Как на ваш взгляд, кто не в театре, а в жизни научит «новое человечество» жить, летать?

Почему люди не летают так, как птицы? Ричард Бах, «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» Семен: – Эти учителя в книгах, в колоссальном опыте, накопленном человечеством, да и всегда рядом найдутся люди, у которых есть чему поучиться. Принято считать, что люди из поколения в поколение становятся все хуже. Но мне кажется, что на самом деле, человек не становится хуже, просто есть какие-то временные отрезки, когда он становится более жестоким, но потом все равно как-то выкарабкивается. «Чайка» Ричарда Баха в том числе и об этом, что есть не только материальные ценности, но и духовные.

– Ох, Флетч! Ты не должен любить обезумевшую стаю птиц! Ты вовсе не должен воздавать любовью за ненависть и злобу. Ты должен тренироваться и видеть истинно добрую чайку в каждой из этих птиц и помочь им увидеть ту же чайку в них самих. Вот что я называю любовью. Интересно, когда ты, наконец, это поймешь?

Ричард Бах, «Чайка по имени Джонатан Ливингстон»

– А вот постоянно в спектакле постоянно повторяются слова «любовь, свобода». Что за категория такая «любовь»?

Дима: – Любовь – это то, что дано постигнуть далеко не каждому. Каждый человек стремиться сделать что-то для себя. И, только достигнув чего-то действительно совершенного, когда поймешь то, что ты хорошо знаешь свое дело, тогда уже захочется передать это кому-то другому. Любовь проявляется в стремлении к тому, чтобы поделиться с кем-то другим тем, что ты уже знаешь, тем, что ты освоил.

Семен: – Любовь может быть разной, к женщине, к любимому делу, к искусству (я вот хочу играть на сцене), даже к наркотикам. Любовь – это опьянение, когда ни о чем другом просто не думаешь.

– Что такое свобода?

Дима: – Свобода – это не тогда, когда ты можешь делать все, что угодно. А свобода – это, когда ты можешь заниматься своим любимым делом, и тебе в этом помогают, когда ты можешь развиваться и направляться в ту сторону, в которую тебе хочется.

Семен: – Согласен с Димой. Моя свобода – это театр. Наверное, самая уникальная в мире свобода – это актерская свобода, потому что ты можешь в любое время перенестись и стать кем угодно – Треплевым или Отелло. Настолько много создано в драматургии и в литературе колоссальных образов, положительных и отрицательных.

Если говорить словами Ричарда Баха, то есть Единый закон: «ты вправе жить здесь и сейчас так, как подсказывает тебе твое «я»». Есть физические, математические законы, а этот закон распространяется далеко не на всех, а только на тех людей, которые это поняли.

Кстати

В начале февраля создатель и руководитель Молодежного экспериментального театра Вячеслав Спесивцев отметил 65-летие.

Беседовала Зоя Познякова

5.0

Теги:

литература театр

Рубрики

Культура, искусство, кино

Добавить комментарий

Блог газеты «Новое человечество» Международная академия каббалы «Мудрый рок-н-ролл» в «контакте» Международная академия наук высшей школы Psychologies.Ru Университет Российской академии образования